Но только не заставляйте меня долго ждать. С этими словами сэр Мальберн подхватил свою шляпу и, напевая какую-то песенку, скрылся за дверью между двумя гостиными и закрыл ее за собой. Ну-с, милорд, в чем дело? - спросил Ральф. Никльби,- сказал его клиент, растягиваясь на диване, на котором он сидел, чтобы приблизить свои губы к уху старика,- какое прелестное создание ваша племянница! - Неужели, милорд? - отозвался Ральф.- Может быть, может быть. Я себе не забиваю головы такими вещами. Вы знаете, что она чертовски хорошенькая девушка,- сказал клиент.- Вы это должны знать, Никльби. Полно, не отрицайте! - Да, ее как будто считают хорошенькой,- ответил Ральф.- Пожалуй, я это и сам знаю, а если бы я и не знал, то вы - знаток в таких вещах, и ваш вкус, милорд... всегда бесспорно хорош. Никто, кроме молодого человека, к которому были обращены эти слова, не остался бы глух к тому ироническому тону, каким они были произнесены, и не остался бы слеп при виде презрительного взгляда, их сопровождающего. Но лорд Фредерик Верисофт был и глух и слеп и принял их за комплимент.